^

 

_____________________________________________________________________________________________________________________________ 

народное православное учение о спасении

______________________________________________________________сайт уставших от православия

 

 

 

 

Учение о спасении, реально исповедуемое сердцами православных, не формулируется не только для "внешних", оно не формулируется даже в головах самих православных. Это специфически православное явление, когда главная религиозная доктрина - доктрина о спасении внушается невербально на подсознательном уровне. И именно поэтому православные и не могут однозначно ответить на наш простой вопрос "даром ли прощаются кающемуся грехи?" не потому, что они скрывают ответ, нет, а потому что у них у самих ответ не сформулирован, хотя их сердце ответ этот знает. Но чтобы выразить этот ответ словом, необходим определённый труд. Вот я этот труд и попытаюсь сделать за них: сформулировать православное народное (народное, т.е. реально исповедуемое сердцем православного человека) учение о спасении.
 
Эта задача оказалась не так проста, как казалась мне на первый взгляд. Я вижу здесь "второе дно". Первое "дно" - примитивная формула простецкой народной православности, второе "дно" - коварная формула ложной веры. Но давайте будем двигаться согласно порядку жизни. 
Мы остановились на том, что осознав свою смертность, ищущий посредника для спасения человек входит в православный храм и оглушается там на несколько лет инаковостью.
 
Это всё так и задумано. Именно инаковость - главное средство невербального внушения человеку. Эта инаковость, умело и со вкусом подобранная мозаика из культур разных времён и народов, абстрагируется в понятие некоей "церковности" и претендует на роль посредника (секретаря Бога). Т.е. у человека (подсознательно) возникает ощущение: "Ну, прямо небеса. Да, нашёл посредника. Что мне надо сделать теперь и представить посреднику (секретарю)?" Что надо делать, объяснят достаточно быстро.
Чрезвычайно распространенной доктриной практического богословия в народном православии является доктрина "стяжания Духа Святого". Смысл её сводится к следующему. Чтобы спастись христианин должен аккумулировать в себе благодать Святого Духа в течении всей своей жизни. Такая аккумуляция происходит через "покаяние", под которым понимается совершение христианином разных дел и выполнение молитвенных правил. Видимо, предполагается, что, накопив некоторое определенное количество благодати христианин освятится (обожится) достаточно для спасения.
Эта доктрина вряд ли когда-нибудь будет догматизирована официально по причине своей полной несостоятельности. Укажу, для примера, два независимых аргумента сражающих эту доктрину "на смерть":
1. Становится совершенно непонятным, как тогда спасались ветхозаветные люди?
Если благодать Святого Духа была доступна для аккумуляции в ветхозаветное время, то почему ветхозаветные праведники были в аду до Крестной Жертвы?
Если благодать не была доступна (или недостаточно доступна), то, как они спаслись в момент Крестной Жертвы, неужели в аду "добрали" недостающую благодать? Значит и в аду можно стяжать Духа Святого?
В лучшем случае православные что-нибудь вяло промямлют об особом пути спасения ветхозаветных людей, но будет видно, что они сами обескуражены и не верят своему "объяснению".
2. Известно, что ни один, даже великий, православный подвижник никогда не заявлял о себе: всё, вот я обожен, я свят. Все они до конца говорили, что остро нуждаются в покаянии. Как это понимать? Неужели никто не спасён? На это обычно отвечают тремя возможными ответами:
А) Когда аккумулируешь благодать сам её не замечаешь. Т.е. да, в действительности они были обожены, но сами этого не видели и не знали. Совершенно непонятно становится, во-первых, что это за спасение такое, когда человек сам не может адекватно оценить своё состояние? Второе и главное - как можно стяжать то, чего сам никак не видишь и не чувствуешь?
Б) Они знали что святы, но … кокетничали. Как девице мы делаем комплимент: "какая Вы сегодня красавица", а она жеманится и говорит "да что Вы, да что Вы!", а сама знает про свою привлекательность, так и святые: "нет, нет, я грешный, я грешный", а сам в себе конечно, понимает, грешный-то грешный, но не Гитлер же, в конце концов. Оставлю этот ответ без комментариев, он сам себя обличает.
В) Иногда православные дают правильный ответ: по мере освящения (обожения) человек духовно прозревает и начинает видеть свой грех яснее. Это совершенно верно. Запущенный грешник бесчувственен к греху как мертвец. Но на этот правильный ответ у меня есть правильный вопрос: если человек, только "слегка приподняв голову", только немного освятившись, начал постигать всю свою реальную непригодность для Царствия Небесного, то представьте, каким бесконечным грешником он выглядит в глазах бесконечно Святого Бога! И как же тогда он с этой своей "святостью" думает устоять на нелицеприятном Суде Божьем?
 
Но, несмотря на очевидную несостоятельность этой доктрины, её популярность завораживающа. При этом каждый православный, чувствуя в совести своей (если, конечно, не прельстится), что он никогда не освятится (обожится) достаточно для спасения, уповает на то, что эту недостачу покроет его церковность. Это такое "инфантильное смирение": я-де, конечно, не освящусь, но вот кто-то другой, о да, герой веры, смог и у него так много этого освящения, что он и со мной им поделится. А почему с тобой, а не со мной? А потому что по блату: он меня знает как православного, а ты - лютеранин. Да я сам пребывал в плену такой доктрины продолжительное время.
 
В целом возникает достаточно несложная форма человеческой религиозности, которую также можно выразить нашей универсальной формулой:
 
Человек спасается ради покаяния через посредничество церковности. 


Это - первое дно. Эта формула не так безобидна, как кажется на первый взгляд. Даже по сравнению с неправильной формулой официального православного учения о спасении, здесь уже посредник (секретарь) Христос заменён посредником (секретарём) церковностью. Очень коварный трюк! Действительно, поражает, что Христос напрочь отсутствует в теологическом ощущении православного человека - да, я это тоже знаю по себе. Нет, конечно, везде висят иконы Христа. Его имя постоянно возносится в молитвах, но это как заставка на экране компьютера, всегда перед глазами, а в душе смысла уже давно нет.
Будучи в православии я ставил над собой потрясший меня эксперимент. Я спрашивал себя: что если бы … не было Креста Христова? Если бы Христос преобразился бы, и сразу вознёсся бы и Пятидесятница? Моё православное богословствование нисколько бы не изменилось! Я ведь спасаюсь ради покаяния через посредничество церковности. А если Христос не Бог? Тоже ничего не меняется: какая разница Бог, не Бог, если нет Креста! Ну просто великой святости человек, удостоился сесть одесную Бога и открыл нам путь благодатной энергии, которую мне теперь надо аккумулировать (чтобы спастись). Никаких изменений ментальности, всё достаточно гладко ложится в существовавшую у меня религиозность! Не правда ли становится понятным, как с такой умопомрачительной лёгкостью большинство восточного христианского мира перешло в ислам?
 
Итак, я утверждаю, что главная цель действия церковной инаковости (церковности) на первом этапе вхождения человека в православие есть подмена собой Христа.

^