^

 

_____________________________________________________________________________________________________________________________ 

религиозность и вера

______________________________________________________________сайт уставших от православия

 

 

 

 

старое


Религиозность - чрезвычайно широкое явление в среде ветхого человечества. Пожалуй атеизм даже удивителен и нетипичен, и уж точно неустойчив. Лично я не встречал ни одного последовательного атеиста, все мои знакомые атеисты на поверку оказались плохо замаскированными язычниками в состоянии опасности неспособными остаться без какой-либо опоры своему упованию. 
Слово религиозность, религия - слово уважаемое как в святоотеческой традиции, так и отцами Реформации. Хотя все они писали, что религия есть истинная и ложная, правая и неправая. Сдаётся мне, что истинная религия отцов это и есть вера, но, озираясь сегодня вокруг себя и наблюдая повальное засилье дешёвыми (и не очень) верованиями, я намерен умышленно пожертвовать этим хорошим, в общем, словом для обозначения религии именно как явления ветхой духовности. В наше время это больше будет соответствовать действительности.
Определяю религиозность так: религиозность это совокупность выдумок.
Причём, сутью религиозности является не то, что выдумки эти выдуманы - нет, иногда выдумки могут в той или иной мере быть согласованы с некоей реальностью. Суть здесь в слове "совокупность". Т.е. целью религиозности есть поместить особь в некий [по возможности беспросветный] контейнер выдумок (или не совсем выдумок, но большей частью всё же выдумок). Таким образом даже те выдумки, которые вроде бы не совсем выдумки, по праву приобретают у нас статус настоящей выдумки, именно в силу своего включения в некий эмулятор действительности. Цель этого эмулятора – совершить великий обман, эмулированная действительность создаётся для того, чтобы в ней дать человеку эмулированную опору для упования перед эмулированной вечностью.
В этой связи вспоминается мне один случай из моей служебной практики. Однажды, как криминалист, я выехал на место происшествия: от эпилептического приступа умер молодой татарин. Когда мы вошли в его комнату общежития, то сразу оказались в настоящем «контейнере» ислама: по стенам висели: религиозный календарь, арабские надписи и репродукции с видами мусульманских святынь – видимо предчувствуя смерть, юноша начал активно практиковать веру своих отцов. Дело в том, что я был ровесником этого мальчика, и в тот момент тоже холост и также активно практиковал веру своих отцов – православие. Меня поразила идентичность моей комнаты с комнатой этого юноши. Нет, вместо арабских надписей у меня были развешаны иконы, и репродукции у меня были другие, и календарь не тот. Тембр – что ли - у меня в комнате был иной, но совершенно идентично было ощущение эмуляции реальности. [Сейчас, ретроспективно вглядываясь в свою жизнь, я понимаю, что это была первая звонкая трещина в фундаменте моей религиозности.]
Таким образом религиозная выдумка - это не обязательно какая-нибудь ложь, история, цель которой ввести слушателя в заблуждение и даже не всегда непосредственное изображение. Выдумка - это некоторый творческий акт сознания по построению эмуляции реальности. Людям вообще свойственно производить разные образы и окружать ими свою жизнь, и это свойство ветхого человека сполна реализуется в религиозности. 
Религиозность настолько распространённое и массовое явление, настолько вкорененное в природу ветхого адама, что даже несмотря на прямой запрет изображений, древние иудеи хронически шли на поводу своей ветхости и служили всяким истуканам.
Религиозность своей навязчивостью неминуемо формирует некий антропологический тип своих последователей - ментальность. Таким образом свой-чужой в религиозной среде определяется по степени "ментальной лояльности", и дело здесь не столько в правилах поведения (которые «своим» можно нарушать), сколько в некоем стиле мировосприятия (т.е. как раз в наличие эмулятора между личностью и реальностью), который в свою очередь уже порождает писанные и неписанные правила, и это такая система самозащиты религиозной группы - человек внутренне чуждый этой группе (без эмулятора или с другим эмулятором) обязательно споткнётся об эти предписания.
Думается мне, картина эта и так хорошо знакома читателю, так что мне больше нет нужды распинаться тут в обрисовке всех её прелестей.

 

 

Новое


 Числ.2
6 И послал Господь на народ ядовитых змеев, которые жалили народ, и умерло множество народа из [сынов] Израилевых.
7 И пришел народ к Моисею и сказал: согрешили мы, что говорили против Господа и против тебя; помолись Господу, чтоб Он удалил от нас змеев. И помолился Моисей о народе.
8 И сказал Господь Моисею: сделай себе змея и выставь его на знамя, и ужаленный, взглянув на него, останется жив.
9 И сделал Моисей медного змея и выставил его на знамя, и когда змей ужалил человека, он, взглянув на медного змея, оставался жив.


Ин.3
14 И как Моисей вознес змию в пустыне, так должно вознесену быть Сыну Человеческому,
15 дабы всякий, верующий в Него, не погиб, но имел жизнь вечную.


Представим себе: пустыня, вокруг умирают люди, ужаленные ядовитыми змеями. Вы тоже ужалены и уже чувствуете приступающие предсмертные страдания. И тут Моисей выставляет медного змея, и те, кто взирают на него, остаются живыми. С каким чувством Вы воззрите на этого змея? Вы ужалены, и жизни в Вас больше нет, - это станет явью через несколько минут, и угнетающее свидетельство тому множество умерших вокруг ужаленных прежде. У Вас нет иного выхода, кроме как обратиться за жизнью к змею, Вы воззрите на змея как на источник Вашей жизни с готовностью наследовать свою жизнь от него, готовность же наследовать означает, что Вы видите теперь свою жизнь у него (змея), а значит, Вы доверили, т.е. как бы отдали свою жизнь змею. Отметим направление: Вы отдали (доверили) свою жизнь змею.
Приведу другой (как показывает практика – очень понятный) пример веры: муж ревнивый (не верящий жене) и муж верящий своей жене. Муж, который верит своей жене, доверяет (отдаёт) ей свою честь (следите за направлениями) и не контролирует жену, а который не верит, - контролирует свою супругу, на всякий случай, даже если она ему не изменяет, он всё равно не верит ей, и проверяет, т.е. как бы требует (стяжает) от неё сохранения своей (мужниной) чести. Я умышленно направляю здесь наследование (доверие) против стяжания. Прямая аналогия с пустыней где ужаленный иудей, лишённый жизни, оказывается вынужден "отдать" свою жизнь змею.
А, представим, как взирали на змея не ужаленные иудеи? Вы не ужалены, Вам нет надобности в змее, и Вам остаётся воспринимать змея только как некий творческий акт Моисея для обеспечения упования ужаленных – т.е. Вы воспринимаете змея чисто религиозно. Ужаленный иудей вынужден наследовать свою жизнь от змея, а не ужаленный, «религиозный», нужды наследовать свою [земную] жизнь ни от кого не имеет, потому что никому свою жизнь не отдавал и смотрит на змея только применительно к возможности своего ужаления – хорошо бы иметь змея на всякий случай, - вдруг! - тогда потребуется змей, - т.е. вместо доверия возникает попытка контролировать змея - полная аналогия с ревнивцем, требующем (стяжающем) от жены сохранения чести.
Сопоставление веры нового человека с взиранием на змея иудея в пустыне очень важное, потому что принадлежит Самому Господу. Этот образ хорошо обозначает веру во Христа «ужаленных» новых людей и религиозность «не ужаленных» ветхих людей. Только там, в пустыне, объектом доверия одних и стяжания других была их земная жизнь, а тут объектом доверия новых и стяжания старых людей является их Вечность. А «ужаленность» означает покаяние. Как там жало было залогом потери временной жизни и вынуждало обращаться за жизнью к змею, так тут покаяние есть осознание безысходной потери Вечности и обращение от себя к Богу.

Итак, предлагаю как бы три яруса сопоставления:
  • Первый ярус: ревнивый муж и муж верящий своей жене. Объектом стяжания/доверия здесь есть честь мужа.
  • Второй ярус: не ужаленный иудей и ужаленный. Объектом стяжания/доверия здесь есть временная жизнь.
  • И наконец третий, целевой ярус: ветхая религиозность и вера нового человека. Объектом стяжания/доверия здесь выступает Вечность личности.
Хорошо видно, что отличие между старым и новым человеком проявляется только в духовной направленности веры (доверия) против религиозности (стяжания). Ничто другое не отличает их больше: и объект веры является таким же как и объект религиозности (медный змей), и даже степень захваченности не является показателем – не ужаленный иудей может быть весьма впечатлён происходящим вокруг, только если ужаленный – участник происходящего, то не ужаленный – остаётся сторонним наблюдателем, как бы комментатором происходящего. И отличие это рождается в них только от укуса змея. Становится Вам, читатель, понятно теперь, почему медный был тоже змей? Именно змей спасал, который и кусал!
И здесь мы вплотную приблизились к ещё одному чрезвычайно важному аспекту, - змеи в пустыне жалили по Божиему посылу (Числ.2,6). Трудно представить, чтобы какой-нибудь вменяемый иудей сам искал бы змея на себя. Кому стать ужаленным было делом случая, и как всё случайное - было Божием определением. Именно Бог и только Он определяет кому быть "ужаленным", сам же ветхий человек бежит покаяния (пытается забыться от Вечности, например в химерах религиозности), пока по Божиему посылу «змей» не ужалит человека и тогда человеку не останется иного выхода, кроме как обратиться от себя к Богу и с верой впериться во Христа, Который через Крест подобно Моисею сквозь расступившееся море переводит верующего через смерть к Вечности. И это ещё один замечательный прообраз. Меня всегда удивляло что в Древнем Риме, например, были общественные бани, а про общественные пляжи ничего не известно. Похоже античные люди как-то по-особенному опасались водной стихии, в любом случае, представьте, идти по дну расступившегося моря это очень страшно, в виду необычности происходящего гораздо страшнее чем идти по краю бездонного обрыва. Наверное сдаться египтянам объективно казалось предпочтительнее, но люди доверили опять же свою земную жизнь Моисею, т.е. люди решились: вот Моисей идёт и мы идём, если он утонет - и мы утонем с ним. В виду чрезвычайной важности происходящего Моисей должен был обладать соответствующим авторитетом, который и дан был ему Богом через совершение казней египетских, - вряд ли бы иначе израильтяне ринулись бы в такую опасность за ним, стояли бы в страхе и пялились бы на чудо дивное. Задумайтесь теперь сами о важности перехода к Вечности, если Проводящий через смерть есть Сам Сущий, и никак иначе, иначе опрометчиво будет в смерть Его креститься, - Христос умирает, доверив Свою Вечность Отцу и мы с Ним. Да, это всё азы из воскресной школы, но подлинный смысл эти азы обрели для меня не сразу и, как некие пазлы, сложились только целиком, все вместе. И как из пазлов нельзя по своему хотению поменять местами какую-нибудь пару составляющих, - так и здесь не получится спасения без покаяния, а покаяния - без Божественного определения (действия).

Итак, покаяние (осознание безысходной потери Вечности) и вера (обращение "за Вечностью" от себя к Богу) есть акт Божественного действия.

С чем можно сравнить, что ещё является Божественным действием? С зарождением личности человека. Недаром же Христос отождествляет зарождение веры с новым рождением [личности], - посему я подозреваю, что вера и личность есть одной природы, но сейчас хочу сказать не об этом. Важно, что вера как и личность рождаются от Бога, т.е. имеют безусловное бытие. Моя личность безусловна, её бытиё не зависит от чьих-то волевых усилий (в том числе и моих собственных). Меня можно умучить и убить, но бытие моей личности от этого не пресечётся у Бога. Так и вера - это такой же дар Божий как и личность и она так же безусловна, - и эта безусловность составляет разительное отличие от религиозности, конструируемой как раз волевыми усилиями людей.
 
 
PS Рылся в своём ноуте и обнаружил старые свои проповеди читанные мною ещё у Константина Михайловича Андреева. Вспомнилось былое и две проповеди стало жалко стирать, снова понравились. И хотя я рисую крупными мазками, но сюда и здесь прорисую почётче, ну не пропадать же такому добру.
 
02.07.2014 в 22:11
 
Царство веры. (проповедь для пальмового [вербного] воскресения 09.04.2006)

1. Сегодня мы празднуем глубоко мистический праздник.
Для многих сегодня немного странный праздник, не совсем понятный. В любой другой праздник ясно, что мы, собственно, празднуем. Но то, что мы празднуем сегодня не совсем ясно для очень, очень многих христиан. Некоторые христиане считают этот праздник как бы неудавшимся, как бы несостоявшимся праздником, - этаким досадным недоразумением. Т.е., думают они, этот праздник «в действительности» должен-де быть таким: Иерусалим и весь народ год говеют, готовятся к этому великому событию, разучивают гимны, пишут речи, распределяют роли, Христа - по ковровой дорожке - встречает первосвященник, бьют в колокола, народ ликует. В окружении духовенства все входят в Храм на молебствие в ознаменование начала царства Мессии. Затем, видимо, начинается развлекательная часть мероприятия, - народные гуляния. Вот, вот таким и должен бы быть этот праздник, но по субъективным причинам – по причине личной злобности иудейских вождей – праздник был сорван по существу, имел такой жалкий вид, но мы всё равно будем славить Господа.

2. Эти люди так ничего и не могут понять. Вся суть, весь пафос сегодняшнего праздника как раз в том и состоит, что праздник и должен быть таким, каким он и есть. Давайте подумаем, что же произошло тогда на самом деле? Представим Иерусалим – религиозный центр правоверного ветхого мира. И вот Господь – въезжающий на ослике. Дети и простолюдины восхваляют Его, а где же религиозные лидеры? Где фарисеи, праведники израильские? Где духовенство, первосвященники? Наверняка молятся где-нибудь – люди набожные любят много молиться. … Только кому? Кому они молятся, если Господь здесь?
Вся мистика сегодняшнего события в том и состоит, что самоправедные люди всегда молятся другому «богу». Они сами выдумали себе этого своего «бога» - идола своего сердца – который принимает их за их добрые дела, - эти люди настоящие идолопоклонники. Даже хуже, явный идолопоклонник очевиден, а такое идолопоклонничество вводит в заблуждение многих, очень многих людей. Не будем забывать, что, да, эти люди действительно праведные, весьма! Действительно берегутся всякой нечистоты – например – через несколько дней они поостерегутся войти в преторию к Пилату (Ин.18,28) – как же можно? – чтоб не оскверниться. Надо понимать - это «реальная», в смысле – непритворная, праведность. И вот представим себя в той ситуации – с одной стороны авторитет действительно праведных людей, множества учителей, старцев, «духовников» – а с другой – какой-то Босой и кучка рыбарей вокруг, на осле, понимаешь, едет, а дурачьё орёт Ему что-то. Что это такое? Карикатура какая-то, просто. Не дрогнет ли моё сердце тогда?
Дрогнет.
Дрогнет – потому что это (то, что сегодня с другой стороны от Господа) самый подлый соблазн, соблазн религиозности.

3. Через 1.5 тысячи лет после празднуемых сегодня событий один бывший католический монах напишет такие слова: «ужасное и отвратительное преступление – стать «религиозным» человеком» (М.Лютер. Лекции по «Посланию к Галатам», Глава 3). И до сих пор эта мысль не совсем понятна для многих христиан, в том числе считающих себя протестантами. Но сегодня эту же истину являет Собой Сам Господь. Сегодня – день рождения Реформации. Нет, исторически день рождения Реформации – 31 октября, я знаю. Но сегодня день рождения Реформации сакральное, по существу. Сегодня Реформация провозглашается Самим Господом, сегодня наш Господь – Протестант. Сегодня Он воцаряется для людей веры, а для людей «дел» остается непонятным Недоразумением. Сегодня наш Господь оставляет всех этих людей «религии», всех этих самовлюблённых фарисеев, этих суровых законников, этих набожных кликуш, все они оставлены сегодня наедине с их религиозностью и сегодня Господь воистину становится Царём для людей веры. Сегодня Господом провозглашается торжество веры над религиозностью.

4. Нет, святошам этого не понять. Они просто не понимают, чем вера отличается от религиозности. Для них это синонимы, но сегодня – вера и религиозность антонимы причём антонимы особенно явно. 
[…]
Человеческая гордость стремится к самости, к «автономности» от Бога, к автономности жизни от Бога, - и, как следствие, - к автономной вечности от Бога. И именно такое желание подсознательно и порождает желание религиозного действа, желание жречества. То, что я сам делаю для своей «вечной жизни» - то, что я сам делаю в своём спасении – каюсь (в смысле - говею), угождаю Богу своей праведностью, своими глубокими и искренними молитвами, своими постами и, даже может быть, своими самоистязаниями. Таким образом, религиозность – это гордыня «в законе», и самое страшное – религиозность это гордыня людей уже как бы верующих, людей, так сказать «воцерковлённых». Нет более богопротивного явления, чем явление религиозности.

5. Вера же – это смирение Христово Духом Святым предлагаемое человеческому духу через проповедь «спасения Богом». И именно такое принятие спасения от Бога порождает истинное покаяние как обновление человеческого духа, невозможное никакими человеческими силами, но совершаемое Духом Святым. Да, часто вера выглядит как «карикатура» религиозности, - что мы как бы и видим сегодня. [Вот – первосвященник в золотой фелони – это религиозность. А вот - Босой Господь на ослике – это вера.] Но нет, вера – это не карикатура религиозности, – это религиозность карикатура веры, только, к сожалению, мы не сразу это понимаем в своей жизни. Вера - это Суд Божий над человечеством: «Суд же состоит в том, что свет [веры] пришёл в мир; но люди более возлюбили тьму [религиозность], нежели свет, потому [ - да просто потому] что злы» (Ин.3,19)

6. Сегодня рассвет вечной жизни восходит в царстве веры Христовой и тьме самоправедников всех мастей никогда не одолеть Его.
Аминь.
 
^